Ну вот ещё немного кривды 
…. Наш чёлн оказался в полупрозрачной, затемнённой сфере, с дышащими, текущими, то темнеющими, то светлеющими стенами. Сквозь струящуюся оболочку, тёмной зеленью размазанных красок, просматривался лес, переходя вершинами в размытое небо, а по берегу в тёмную мутноватую реку. Всё это было похоже на живую фотографию, но с очень плохой резкостью.
- Ввоот –от-от онн-на-на! – Произнёс я и удивился , своему растянутому, басовитому, голосу и такому же эху.
- Ктт-то-то-то? – Спросил Данила?
- Ррекк-ка-ка-ка врр-мме-ни-ни-ни-ни.
Поминая наставление Бурея, я представил чёрную, плавно закрученную свастику, моё представление проявилось на стенке сферы. Изображение становилось ярче и чётче, потом часть стены начала изменять геометрию, вытягиваясь в длинный коридор отросток, в который хлынула река, догоняя улетающую в даль прохода, голограмму Буреевой свастики.
Я указал Даниле рукой на открывшийся тонель и мы налегли на вёсла. В тоннеле река понесла чёлн с большой скоростью, всё вокруг закружилось, быстро приближающийся свет заставил зажмуриться и наше судёнышко, потеряв скорость, выплыло на медленнотекущую поверхность кристально чистой реки.
…Запах! Меня поразил запах. Пахло как в оранжерее, цветами, травами, свежестью. Из-за гомона птиц и треска насекомых казалось, что вокруг джунгли Амазонки. Воздух казался очень густым и влажным, но дышалось легко и хотелось вдыхать больше и больше. Данила похлопал меня по плечу и указал рукой на прибрежные леса. Я огляделся и от удивления замер. Дерева, достигавшие пять, шесть метров в диаметре, были огромны, их кроны уходили к облакам и терялись в светлой туманной выси. Кустарники, походили по размеру на привычные мне деревья. Огромные листья и стебли трав будоражили воображение, навевая мысли о возможном размере таящихся в них насекомых. В подтверждении этого, муха, размером с шарик для пинг-понга, ударилась в лопасть весла, сильно толкнув его, брякнулась в воду и поплыла, барахтаясь по течению. Я ошалело наблюдал за насекомым, провожая его взглядом и ожидая, что её слопает какая-нибудь рыба, но меня отвлёк Данил:
- Чудеса-а. - Протянул он. – Ну и куда путь держать будем? Ни камушка на распутье, ни стрелочки указующей. …Куда податься славным витязям? А, Влад?
Я засунул руку в суму и коснулся путеводного шарика, тот ответил лёгкой теплотой. Наверно мы на верном пути, коль есть тепло, подумалось мне:
- Хрен его знает. Поплыли на авось.
- А поплыли!
Мы взялись за вёсла и медленно двинулись по течению реки, озираясь на прибрежные леса. Животные, выходящие из леса, без страха взирали на нас, даже если мы проплывали в двух, трёх метрах от берега . Такая близость настораживала и мы отходили подальше. Дикие обитатели этого мира, а точнее времени, чем-то походили на наших, только были крупнее размерами, бархатистее шкурами, несколько тяжелее мордами и медлительнее.
Я приложил ладонь к шару:
- Блин! Он ледяной! Данила давай назад!
Мы развернули чёлн и нажали на вёсла. Течение было слабым, поэтому плыть на встречу ему было не сложно.
- Давай к брегу Владша, а то вдруг в оконце назад ухнем.
- Не ухнем Даня. Бурей говорил, что только при сильном желании кого-либо, в него влететь можно.
После часа гребли сопротивление течения усилилось, приходилось сильнее работать вёслами, к спинам прилипли рубахи и мне казалось что мы худеем на глазах. Впереди, сквозь шум леса, приближался шум водопада. Путеводный «клубок потеплел».
Кто бы мог подумать! Я офисный сиделец, сначала попал в прошлое, обжился, женился и теперь меня, опять куда-то запузырило время… …или Бурей. И всё из-за моей беспечности и бестолковости… …а может везения?
- Даня! Как ты думаешь, где мы?
- В началах! – Серьёзно ответил мне Данил.
- В началах чего?
В ответ приятель пожал плечами.
За поворотом реки показался водопад. В ста метрах от нас, с высоты второго этажа, по всей ширине потока, низвергалась вода, создавая сверкающую, радужную дымку и неся на встречу челну завихрения с водоворотами.
… Чёлн, шурша днищем о каменисто-песчанное дно, ткнулся в берег. У борта раздался гулкий всплеск и огромный плавник рыбины, скрылся в речных струях. Мы вытащили чёлнок подальше на сушу и двинулись берегом вверх по течению. Преодолев порог отдались от реки по звериной тропе.
Идти в тоннеле из высоких трав и видя над головой лишь кроны деревьев, с редкими проблесками яркого, туманно- перламутрового неба, было не привычно. Шли сторожко. Иногда, пропуская животных, сходили с тропы в травяные заросли держа оружие наизготовку, я лук, а Данила рогатину. Животные, проходя мимо, останавливались, принюхивались, рассматривали нас сквозь высокую поросль. Зверюга, высотой около двух моих ростов, похожая на безрогую корову, заставила нас изрядно понервничать. Ей не хватило простого созерцания двух человек и она двинула с тропы к нам. Мы начали пятиться , но запутавшись в травах становились. Я выставил лук и приготовился умереть. Животное опустило морду, шумно сопя обнюхало лук, потом руку и лизнув шершавым языком пялец, дотянулось влажным носом да моего лица, потом до Данилы.
- Как порты? – Шепнул курянин, глядя с низу в верх зверюгу.
- В них со спины течёт. – Выдохнул я, чувствуя дрожь в коленях.
- Вот и у меня, токмо не пойму, со спины ли. – Хохотнул хохмач отворачивая лицо от длинного «коровьего» языка, медленно приседая.
У меня забегали на щеках желваки. Это ж надо, нас могут раздавить в лепёшку, а он шутит. Не исправимый!
Данила пошуршав сумой, медленно выпрямился и протянул зверю сухарь:
- Зоря, Зорька, - тихо приговаривал дружок, - угощайся.
Животное схрумкало засохший хлеб, коротко, по коровьи, мукнуло и принялось, шумно сопя, заботливо вылизывать Даньку, а оставив его в слюнях принялось за меня, потом ещё раз мукнув ретировалось.
- Да тут рай. Переводя дух проговорил я, - зверьё миролюбиво.
- Ой ли? – Утираясь бросил хохмач.
… Мокрые от слюны с головы до пояса, мы продолжили путь, не рискнув вернуться по тропе к реке для купания. Путеводный «клубок» всё сильнее нагревался, а значит мы двигались в нужном направлении. На пути часто попадались ручьи, под ногами иногда шныряли небольшие, по местным меркам зверьки, похожие толи на мелких двуногих обезьян, толи на хвостатых человечков. Когда мы сделали привал, эти существа окружили нас прячась в травах. Данила поймал одно за хвост и нам удалось его рассмотреть. Росточком оно было 55-60 сантиметров, имело гибкий подвижный хвост, нижние конечности оканчивались четырьмя пальцами, каждый из которых оканчивался маленьким коготком, как у собаки, верхние конечности были похожи на беличьи лапки. Головка, размером с теннисный мяч, была шишковата, поэтому казалось, что на ней растут четыре рожка. Мордашка была скорее более человечья нежели обезьянья, но заячья губа придавала лику вид грызуна. Всё тельце было покрыто буроватым мелким мехом, похожим на кротовый.
Животное издало жалобный звук, похожий на «аш-чуш-ка».
- Ха! – Воскликнул Данила, - да это анчутка, бесёнок придорожный.
- Ты видел их раньше? – Удивился я.
- Не, бабка сказывала. Только она баяла, што рыло у них поросячье, а тут как у зайца.
К вечеру лес начал редеть, растения несколько уменьшились в размерах, начали попадаться поляны, а Буреев шар-навигатор был уже терпимо горячим. Нужно было позаботится о ночёвке и мы начали собирать сушняк. Данила зашёл в густой кустарник. Через некоторое время я услышал зычный призыв друга:
- Влад, сюда, скорее-е!
С оружием в руках я бросился на голос. Продравшись сквозь дебри я вылетел на огромную поляну, поросшую высокой, почти в человеческий рост травой. Данила стоял задрав голову и зачарованно смотрел на стоящее вертикально деяние разума. В центре поляны стояло тело похожее на космический корабль из фантастических рассказов.
- Не может быть. – Прошептал я и зажмурив глаза тряхнул головой. Видение не исчезло. У меня захватило дух. – Вас ищут в будущем, а Вы в прошлом.
Космическое тело, частично лишённое обшивки, обросшее различными лианами, стояло слегка накренившись, как Пизанская башня. В корпусе, зияли чёрной пустотой открытые, огромные люки.
- Что не может быть? – Встревожено спросил Данил.
- Я никогда в это не верил, но это небесная колесница, на которой прилетели боги. – Произнёс я трясущимися губами.
- Прадеды значит? – Вытаращил глаза курянин и перекрестился. – Вот это да-а!
- Может быть. – Медленно кивнул я и заглянул в суму. Шар был слегка тёплым, но светился ярким голубоватым сиянием. – Нашли мы Даня дуб железный, на котором сундук должен висеть, в котором цель нашего путешествия хранится. С Бурея магарыч!
- Тык стребуем. Пошли сундук искать.
- Нет дорогой. Я пойду один, ибо (замялся я)… Ибо детишек у тебя ещё нет, а у меня есть. Хотя если тут есть радиация, то мы оба изрядно её получили.
- Что получили? – Крутя головой, спросил мой спутник.
- А, не вникай. Давай-ка к ночи готовиться, а то уж темнеет. А завтра уж будет видно.
… Глядя в темноте на огонь, я размышлял об этом мире, о животных, о тех, кто прилетел на космическом судне. Где они, куда делись, живы ли? Неужель это наши предки, или создатели? Мысли путались и заходили в тупик. Данила спокойно спал, он был уверен, что попал на землю во времена древних, всемогущих пращуров.
Ночь была очень долгой. Мне показалось, что она раза в два длинней нашей привычной, в прочем как и вчерашний длиннющий день.
Когда расцвело мы перебрались к космолёту.
… Открытая «рампа» заросла толстыми мхами и мы ступали достаточно тихо, как по ковру, поднимаясь внутрь корабля. Почему то мне казалось, что небесное судно, очень, очень давно, совершило скорее аварийную, чем намеренную посадку. Впереди, из темноты трюмов послышался шорох. Данила шедший впереди поднял руку и приготовился . Каким то шестым чувством я ощутил опасность и отпрянул. Данька быстро семеня спиной, встретил нападение выставленной вперёд рогатиной. Поджарое животное, размером поболе нашего медведя, летело в прыжке из мрака отсека на курянина, выставив когтистые лапы. Мой товарищ принял его грудь на рогатину , подсел и выпустив из рук оружие откатился. Хищник тяжело приземлился и вогнал себе копьё ещё глубже.
Казалось, зверь был удивлён своим промахом и начал медленно поворачиваться для новой атаки на непрошеных гостей. Данила дёрнул меч.
Я, не дожидаясь повторного нападения, вскинул лук и вогнал, в шею зубастой громадине, две стрелы подряд. Медлительное существо взревело, пустило кровавую пену и разглядывая нас кошачьими глазами начало оседать на качающихся лапах, заливая траву кровью из пробитой груди.
- Похоже ты рогатину в легкие вогнал. – Обратился я к другу.
- Похоже. А ты говорил рай…
Мы простояли наготове, пока зверь не затих, около пяти минут, потом занялись изготовлением факелов, для дальнейшего исследования тёмных недр корабля.
… Исследуя помещения космического судна, мы поражались их размерам. Здесь всё было огромно, дверные проёмы, трапы, кнопки… Я не успевал удивиться одному, как на глаза попадалось другое. В одном из отсеков с оплавленными стенами была зияющая рваная дыра. От останков какого то электронного блока, в дыру, по наружней обшивке, свисали рваные жгуты проводов, на которых висели остатки оборудования, обросшие лианами. Шар в сумке начал вибрировать. Вот и цель путешествия.
- Вот он, сундук на дубе висящий. – Облегчённо промолвил я и указал Даниле.
Курянин взялся за топорок и принялся рубить жгуты удивляясь их материалу. Обрубленные провода скользили за борт и уносились к земле. Последний жгут распался под топорком и за бортом раздался треск ломающихся лиан. Остатки пульта, ломая и разрывая растения, опутавшие корпус корабля полетели вниз.
- Ё-моё! – Вырвалось у меня, - побьём «сундук»то!
Не долго думая мы поспешили вниз по трапам и лестницам.
- Не побьём. В былине сказано, что он железный. Што ему будет то?. – Отвечал на ходу Данил.
Выбежав и обежав корпус космолёта, у меня вырвался вздох облегчения. Искорёженный пульт висел в десяти метрах от земли, на двух растительных канатах.
- Как там в былине Даня?
- Как, как? Медведь помог дуб завалить, вот как, но тут он не помошник.
- А дальше?
- А дальше, заяц, потом утка и обоих стрелочкой из лука.
- Ну, так тому и быть. Произнёс я и достал стрелочку со срезнем.
Стрелял я раз десять, пока две лианы не лопнули и к нашим ногам упало ожидаемое. Шар в суме завибрировал и мы перевернув упавшую груду увидели свастику.
Это был диск тёмного стекла, похожий на обоюдовыпуклую линзу, в тёмных недрах которой, мерцая множеством огоньков, медленно крутилась четырёх лучевая, плавно закрученная свастика, а на одной из её лучей теплилась оранжевая точка.
От догадки меня бросило в пот:
- Так это, это… Бурей, он знает…- Я захлебнулся от переживаний и закашлялся.
- Что Влад? – Испугано спросил Данила.
- Не знаю, поймёшь ли, но свастика это модель нашего мира, а точнее, это модель нашей спиральной галактики! В одном из этих многозвёздных лучей находится наша солнечная система, наше солнце, наша земля! Понимаешь?. – Выговорил я с выпученными глазами.
- От куда знаешь?
- Ещё в щколе по астрономии проходили.
Было видно что Данила ничего не понял, но суть важности уловил. Рядом с чудо-линзой, в изломаном корпусе, было сферическое углубление, в котором, как показалось мне, чего то не хватало. Путеводный шарик был помещён в эту нисшу и о чудо, некоторые уцелевшие лампочки загорелись.
- Так вот ты откуда родом, чудо-клубочек. - Пролепетал я изымая шар из пульта. - Инересно, как ты к Бурею попал.
Потом был длительный процесс раскурочивания пультового короба и изъятия стеклянного, или из чего он там сделан, диска. Наблюдательный Данил сразу заметил, что если наш шарик-навигатор находился далеко от « стеклянной модели мира», то она потухала и становилась просто тёмным полупрозрачным стеклом, а когда шарик подносили ближе «линза» включалась показывая спираль галактики . Касаясь стекла пальцем, как экрана на планшете, изображение увеличивалось до чёткого распознования планет…
…Я был восхищён находкой, но не мог понять, зачем она Бурею. Хотя он ведун, волхв, ему видней.
Путь обратно к реке занял намного меньше времени, хотя мы и опасались, наученные опытом, местных могучих хищников.
У воды стояло не большое стадо, гигантских псевдо-коров. Мы терпеливо выждали, пока те утолив жажду улеглись отдыхать, на узком пляже. Когда челнок был загружен нашим малым скарбом, сквозь шум водопада, послышалось призывное, приветственное му-у-у. К нам двигалось знакомое, огромное безрогое, которое облизывало нас вчера. Подойдя к Даниле оно, громко сопя, лизнуло его вытянутую руку.
- Здравствуй мумуня! - аговорил со зверем Курянин. - Влад, достанька сухарей и валим отсель, бо на опять залижут.
Я быстренько положил на камень несколько сухарей и мы спешно отчалили, дабы не быть зализанными.
Челнок летел по течению, мы иногда отвлекались на псевдо-оленей и прочую береговую живность, выходящую к берегам…
Мой друг был серьёзен и собран, ведь теперь мы шли искать его счастье, его любовь.
- Данила, подходим к окошку, готовсь. – Предупредил я товарища, отдёрнув руку от ущипнувшего током путеводного шарика.
На реке проявилась полоса безветрия и тишины, заходящая на берега.
………………………………………………………………………………………………………………………………………..
Похожие темы (2)
04 Августа 2019, 18:59:02