Потом мы задержались у землянки Данилы, потрандили о том, о сём о Бурее, о мыслях Прокопия, о изрядно помятом и побитом Горыне, здоровье которого заметно покосилось после последней битвы, о том как пацаны чудом подобрали мой лук, перебросили в лодию и я до сих пор его не видел и ещё о многом, насущном и нет.
- Этого и следовало ожидать, - говорил Вован о здравии Горына и священника, - человеческий организм не железный. Я вот тоже начал хандрить, иной раз оба-на(!), а сил нет топориком потесать… скорее всего скоро все тут болеть и помирать начнут, без медпомощи.
- Эт почему? Насторожился я, а Даньша, гыркнул прочищая горло.
- Да потому! – Сделал паузу Пятак, - потому что у нас тут в воздухе всякой заразы болезной тьма!
- Какой заразы? – Выдохнул Данила.
- Маленьких , невидимых микробов.
- Фу ты, напугал! У тебя ж «Левомиколь» есть.
- Эт точно! –улыбка доктора расплылась в темноте, - да только этой мази маловато будет.
- Да почему Володь? – Встрял я, - почему болеть то будут? Чем?
- А чем угодно! Гриппом, ангиной и всем остальным.
- Да почему? – Не унимался я.
- Да потому, что воздух там, - мотнул головой хирург, - в прошлом, чище чем в хирургическом кабинете после кварцевания! Помнишь «Таёжный тупик», про семью староверов Лыковых, найденых в тайге?
- Помню.
- Так вот они вымирать начали, потому что мы их нашли и привезли к ним нашу заразу, а у них иммунитета к ней нет, понял. Тут выходит, что остатки нашей веси сами прибыли в рассадник бацыл и прочей современной заразы. Понял?
- Понял. …-Здаров! – Кивнул я подашедшему Янгуру.
- О чём баете браты?
Данила вкратце изложил суть нашего разговора.
- Что делать надА, положил руку на сабельку степняк?
- А ты всё с саблей? Я ж тебе говорил спрячь, - укорил степняка Вовка, - бо тут тебе там.
- А я спрятал, но на ночь опять нашёл, - Ян сделал паузу и добавил, - ведь ночь однако. Тык что делать надА.
Все уставились на Вовку, как на главного знахаря, стараясь разглядеть во тьме его эмоции.
Хирург помолчал, нервно сплюнул, хмыкнул:
- Хм, валить надо!
- Кого валить, накой? – Не понял Янгур.
- Вот кувшины ты, «нянька конская», чеканишь ладные, а и голова у тебя что кувшин, такая же ладная и такая же пустая. – Съязвил Янгуру Данил. - Тут не кого(!) валить, а куда(!)! Понял оглобля?
- А-а-а, понял, - уразумел Ян и ответил на колкости курянина, - сама ты «конская».
Все засмеялись.
- Вот что браты, - тихо выговорил Пятак, - не хочется мне в полуземлянку возвращаться. Вот приду я щас, а в глаза жене посмотреть не могу. Конечно, я понимаю, что она и не такое терпела, но всё одно тяжко… Владша, я о нас в интернете рассказал…
- Ё кэ-лэ-мэ-нэ! Где?
- На форуме стрелков.
- И что?
- Сначала посмеялись, потом пошла болтовня, что мол хорошая идея и т.д. и т.п….
- Когда успел то?
- На второй день как сюда вернулО.
Данила и Янгур слушали нас не перебивая, пытаясь понять суть.
- Ну да бог с ним, с интернетом, всё равно никто не поверил.
- В том то и дело, что некоторые уже к нам едут.
- В смысле к нам? Сюда? – возмутился я, - ну ты Вован даёшь! Люди из сечи, из огня спаслись, а ты к ним туристов завешь.
- Да понимаешь, я помощи попросил, в личку. Несколько человек уже собираются, через несколько дней прибудут, надо будет встренуть в Харовске, - виновато отчитался Вовка.
-Ну дела-а-а.
- Что, что? – Встряли в разговор Данил и Ян.
- Да ничего, скоро гости появятся, на нас поглазеть, а можа и помочь чем, - пожал плечами я…
…Потом мы тихо поговорили о приближении осени, о детях, о делах и безделиях, о раненом Горыне и резко здавшем попине Прокопии…
… Через три дня прибыл Бурей сопровождаемый Толиком и Доброгой. Мы сучковали стволы валенного сухого леса, как вдруг застрекотала сойка и ей ответила белка. Сведующие отложили топоры и осмотрелись. Бурей, Бурей – послышались голоса.
Старик чинно шагал по выруке к центру поляны, причём по правую руку волхва шёл Доброшка, а по левую шёл великовозрастный сын и немного отстовал.
- Ты гляди, Доброшка одесно вышагивает, а чадо отстал ошуйно, - пробубнил рядом Микола с Ярославля.
- Видать дело какое-то старик решать решил, а так-то он сына по прави поставил бы, - ответил Данила.
Бурей подошёл к работающим, оглядел всех:
- А иде отроки Кериллочи, да Любимичи, да други ихния? – Осведомился старик.
- По птице в лес ушли.
- Ты вот что Доброша, - обратился ведун к подростку помошнику, - бяри лук и догоняй другов своих, чай найдЕш их, бо не долече ходють.
Паренёк расплылся в улыбке и хотел уж было слинять, но Бурей остановил:
- К вечере будь, будь добёр, бо Прокопия надо уважить, службу его постоять, да и тебе надоть больше у него позновать.
Доброшка растянул улыбку, кивнул соломенными волосами и исчез, тут же опять появился:
- Владислав, дозволь твой лук взять? – молельно спросил юный ведун
- Тык я не знаю где он!
- Тык я ведаю. – Сверкнул белыми зубами юноша, приподняв виновато брови.
- Ну тык возымИ! Но что б нежно с ним, понял? – Наиграно сурово наставил я.
Белых зубов у Доброги стало ещё больше:
- Да я с ним как, как… как дед Бурей с девками в младости. - И исчез, не дав нам шанса отчитать его за охальный ответ.
Бурей только пыхтел губами от негодования, Толик хихикал, Вовка, боясь быть превращённым в мыша, отвернулся и смеялся в кулак.
- От я ему, когда приде! – Сдвинул брови Ведун.
- А што ж потом, а не щас? – Окликнула подошедшая Меланья, - догони охальника, да воспитай важу к себе.
- Тьфу ты, - плюнул Бурей, - от всё не по её, всю жисть!
- Да ладно серчать то, старый. Нам ужо пора их слухать, а не учить.
Бурей улыбнулся старушке:
- И то верно Милушка. Но всё одно, как приде , я яго направлю на скус..
- На курс! – Поправил Вовка.
- Во-во, на курс истинный! – Поднял указательный палец к небу Ведун.
Да-а, постарел Бурей, подумалось мне, постарел. Превращается в добродушного обычного дедушку, со слезящимися глазами.
Ведун вдруг глянул на меня:
- А ты мене не торопи. – И что-то гордое, мощное сверкнуло в его красных очах. – Свои знания я знаю, мне ещё истину Прокопа постичь надо, а ему мою.
И опять мои волосы встали дыбом, ибо взгляд Ведуна был как удар током.
…Вечером народ собрался у общего костра. Потом было вече не вече, совет не совет, но общий разговор обо всём и всех. Люди переживали за своих сродников, оставшихся там, за живых и за мёртвых, за тех которые успели первыми отбиться и переплыть на расшиве на другой берег. Всем хотелось назад. Прокопий говорил о церкви, о вере, о долге и чувствовалась в его словах прощальная нотка. Старик слабел и отказывался от всякого лечения, уповая лишь на свои молитвы, за себя и всех всех весян поимённо. Бурей очень переживал за своего друга и товарища по цеху, всячески поддерживал его, не взирая на конфликтность вероисповеданий.
Когда все разошлись Володька, сказал ведуну, что скоро приедут гости которых он призвал.
Бурей некоторое время жамкал ус, потом выдал:
- Добре, пусть идуть. Когда и сколь?
- Послезавтра четверых встренуть надо, в Харове (Харовск), эт вверх по течению, полдня ходу от нашей веси, на махАх.
- Восем сотен с лишним лет и пол дня. – Поправил ведун, - посля завтра говоришь? – оживился старик, - вот и ладно! Пойдеш ты, Владислав и Данила. Расшиву возьмите. Пусть бабы ваши, добро соберут какое есть ни то, мало ли дожди, аль грозы, пусть скарб в одном месте будет.
Не ведал я тогда, что схитрил старый хрыч, во благо нам сделал, но обманул.
Наступило то самое послезавтра. Ранним утром, ещё до восхода солнца мы отчалили от берега, вышли из заветного затона и направили расшиву против струй Кубены. Шли не спешно, наблюдая за лесом, за природой, прислушиваясь к звукам, прибрежной чащи, присматриваясь к живой водной глади. Часа через полтора послышался рокот мотора и из-за поворота вылетела надувная моторка. Сидевшие в лодке два рыбака с интересом проводили нас глазами и скрылись за излучиной.
- Вот бы нам такую карыту, самоходную! – Завистливо воскликнул Данила.
- Авось когда и будет. – Отозвался Вовка.
- До Харовска добрались без приключений, Пятак отзвонил гостям о прибытии и месте нашего положения, мол мы у пляжа ближе к Сплавной улице. Час мы пеклись на солнышке. Изредка к нам подходили местные рыбаки и отдыхающие, рассматривая наше судно улыбались, смеялись, некоторые цокали языками.
Вскоре появились и гости. Один был с Москвы, один с Брянска, двое Питерцы. Знакомство было радостным и приветливым, ибо приятно было увидеть людей с которыми долго общался на клавиатуре. Со слов прибывших товарищей, нужно было подождать ещё супружескую пару, прилетевшую аж из Красноярска. Пришлось потратить ещё пару часов. Как оказалось все были отпускники и оставшиеся дни отпуска решили потратить по призыву Вовки. Думали что это этно-тур, фестиваль или что то на подобе. Прибыли, с фотиками, зачехлёнными луками, тубусами набитыми стрелами.
Пока мы махали вёслами назад, гости узнавали краткую историю наших приключений, как говориться из первых уст, и после первого часа хода глаза их были выпучены, а сами они похоже немного напуганы.
- Шо браты, порты тесны? – Засмеялся Данила, - тык вы все дома, а представьте каково нам было, када мы оказались не знамо где, да ишшо и не знамо как!
- Мужики, вы шутите? – Переспросил брянский гость.
- Александр эээ, как тя по батюшке? – Спросил Вовка.
- Плетнёв Александр Николаевич, но давайте на ТЫ…
- Я с интересом впёрся взглядом в Николаича.
- Что? - спросил Александр.
- Слушай, а у тебя прапрадеда из плена никто не спасал, лет так восемьсот назад?- Улыбнулся я.
- Ну не восемь сот, а лет триста было дело. Бабушка матери рассказывала, что дед с бабкой были в плен угнаны в степи, да отбили их.
Я оживился:
- А случайно не так? – И поведал всем краткую историю, спасения Даниловой жены и освобождения полона.
- Именно так, и что? Тык тогда наверное всех так спасали. Прискакали, порубали, ускакали.
- Хм, - не сдержался я, - а деда не Елизаром величали?
- Елизаром. – Осёкся Александр.
- А случайно не Елизаром Егоровичем Плетнёвым?
- Именно! Откуда знаешь?
- Тык тот пахарь, который с лука полОву поливал, и есть твой пра-пра-пра-прадед! Именно тогда мы с ним и познакомились, а вот он, - кивнул я на Даньшу, - и есть тот лихач.
- Ребята, вы психи? – Спросила жена сибиряка.
- Не, просто мы заигрались. – Грустно ответил Вовка. – Ладно придём к становищу сами послушаете говор, язык, посмотрите, а потом скажите что думаете.
Дальше шли молча, изредко отвечая на обыденные вопросы.
…Вот последний поворот реки, последняя излучина, скоро заветный скрытый затон… Легко идёт расшива по течению, ходко, ещё и ветерок помогает. Гости смотрят вперёд, разгибая спины, смотрим назад…
- О! – Воскликнул кто-то из новых друзей, - парусники!
Мы, втроём, обернулись.
Наши лодии, метрах в трёхстах уходили вниз по течению.
- Не понял. – Пробубнил Вовка.
Раздался глухой хлопок, и первая лодочка испарилась, потом вторая…
- Не-ет! – Закричал Данила, - на вёсла!
Мы нажали. Гости, не понимая происходящее, наблюдали за исчезающими корабликами. Расшива понеслась вдогонку за парусниками, к временному окну.
- Стойте, стой! – Срывая голос гаркнул Вовка, - с нами же люди.
Вёсла упали на воду и челнок, подчинившись Кубене, медленно поплыл к затону.
Я смотрел на пустую реку и горечь подступала к горлу:
- Да скока ж можно, то А?
Расшива ткнулась в берег. Гости молчали, ошарашенные увиденным и их можно понять, ибо не каждый день они видят исчезающие во времени корабли.
- Господи Боже наш, помилуй нас грешных, помоги вернуть сродников…- молился Данила осеняя себя крестом.
- И он тебя услышал! – Раздался голос Янгура.
Он выехал из-за кустов на своей лошадке, грызя дикое яблочко и криво морщась от его кислоты:
- Твой лицо кислее этот яблоко. – Судорожно сощурил глаз степняк и криво усмехнулся.
- Янша! – Радостно крикнул Данила…
…Потом Ян передал нам письмо от Бурея, корректированное Толиком. В нём он просил нас не гневаться на его решение, но что он вынужден воспользоваться моментом и увести весян назад, в прошлое, ибо там их место. Время сильно растревожено частыми перемещениями в нём отрицательных эмоций, а это перемешивает информацию эфиров времён, что до добра не доводит. Могут начаться междоусобные войны, ибо идеи одного времени, попадают в другое, да не в те умы и не на том уровне. Надо дать времечку время успокоиться.
Толик от своего лица добавлял, что мы скоро увидимся, что его пенсионная карточка и код в портмоне, а оно у Светлы, мол пользуйтесь, скоро буду. Осваивайтесь и осваивайте Данилу и Яна.
- Светла где? – Запереживал я.
- Да тут она, и Лада, и Твоя Мария, - кивнул Ян на Данилу, - и дети и собаки…
…Теперь мы, а точнее моя семья, Вовкина семья, Янгурова семья, Данилина семья живём в деревне Плясово, где когда то была весь Гудошное. Вовка барским жестом выкупил четыре участка в этом заброшенном селении и теперь оно нами возрождается. Щас ставим церквушку, которую называем Прокоповской. Дети наши растут, учим пока их сами. Вовка где-то раздобыл старые советские учебники, конца семидесятых годов, до пятого класса включительно. Сила-учебники, не то что нынешние.
Данила всё свободное время их зубрит, потом в интернет лезет, сравнивает. Говорит что в интернете проще но в учебниках заковыристей, доходчивей и гущее. Всё в космос глядит. Янгур от него не отстаёт, в электрику лезет. Уже разок током садануло. Даньша хохотал минут двадцать, а Ян за ним с посатижами бегал и орал зарублю, потом похватали щиты и начали на палках рубиться. …А ведь взрослые люди.
Вовка сокрушается о не разгаданном, не познанном, мол не успели изучить. Эти тайны останутся нашим чадам, осталось лишь правильно воспитать наших отпрысков.
…Помница вчера стреляли из луков. Гости то теперь к нам часто, бо поверили и сдружились.
Тык после пострелушек я погладил свой лук и аккуратно засунул в чехол.
- Как ты его ласково! – Заметил Сашка Плетнёв.
А вечером, лёжа в постели, я поймал себя на мысли, что если бы не увлечение стрельбой из лука, если бы не лук(!), то и не попал бы я в прошлое, и не было бы у меня жены и дочек, и множества друзей, и моей любимой собаки Люли и кошки Кати, и не узнал бы я как крепка моя Родина когда мы друг другу БРАТЫ!
А тем, кто нам станет мешать, али с мечом придёт, у нас есть что показать!
КУКИШ! На том стояла и стоять будет Русская земля, а ныне Великая Россия и все её великие народы.
Об этом ещё светлый князь Александр Ярославич Невский говаривал, мол ВО вам

!
=конец=
serdobol- 2013-2015 гг. В произведении использовались собирательные образы с форумчан лукомании и своих знакомых, которые мне привиделись. Спасибо братцы за внимание, за критику, за помощь, за подсказки.
